Бальмонт Б.В.

На службе Отечеству.

Герой Социалистического труда
награжден четырьмя орденами Ленина
награжден орденом Почета
лауреат Государственной премии
депутат Верховного Совета СССР
член ЦК КПСС

Директор завода № 205

1952-1956 – инженер-конструктор – начальник цеха,
1956-1960 – главный инженер,
1960-1965 – директор.

По окончании МВТУ в марте 1952 г. был распределен в «Подлипки», но по семейным обстоятельствам переведен в Саратов на завод 205 (в настоящее время филиал ФГУП "НПЦАП" – "ПО "Корпус"), который в это время осваивал производство гироприборов для ракеты Р-2. Головным предприятием по производству этих ракет был Днепропетровский завод.

Осенью 1952 г. при выпуске ракеты Р-2 сложилась крайне тяжелая обстановка, в том числе и на 205-м заводе. «Старики» говорили, что даже в последние военные годы так напряженно не работали. На заводе безвыездно находились представители главка и заместитель министра, обычно приезжавший часов в 11 дня; днем он отъезжал пообедать часа на два, а ночью начинал, как, шутя, говорили, «сдергивать с постели» только что ушедших и проработавших весь день специалистов, порой незаслуженно оскорбляя их. Обстановку разрядил приехавший на завод В.А. Малышев. В это время он был заместителем Председателя Совета Министров СССР, членом Президиума ЦК КПСС, избранным XIX партсъездом и, по словам И.В. Сталина, главным инженером СССР. В последующей работе я видел в разных обстоятельствах самых высоких советских руководителей, но таких, как он, были единицы. Начав обход завода со столовой, и, дав указание улучшить питание сотрудников, он прошелся по всему производственному циклу, прервавшись только однажды, когда был срочно вызван ответить на звонок Берии по ВЧ. Подобно разбираясь в возникших трудностях, Вячеслав Александрович сразу находил общий язык со всеми, от рабочих до военпредов. Приезжим из главка он сказал, чтобы они тут излишне не толкались, так как здесь и без них достаточно «профессоров», указав при этом, в том числе, и на меня. График, утвержденный Малышевым и согласованный с военными и представителями днепропетровского завода, был выполнен. Много лет спустя первый заместитель председателя ГКНТ В.Н. Третьяков рассказал мне, что перед отъездом к нам на завод Берия сказал Вячеславу Александровичу: смотри, Малышев, хоть ты и главный инженер Советского Союза, это тебе последний срок по Р-2. Такие вот были времена. Василий Никитович так же сказал мне, что именно Малышев дал указание включить меня в состав участников Всесоюзного совещания работников промышленности в Кремле в мае 1955 г. как лучшего начальника сборочного цеха. Во время моей работы начальником цеха прошла очередная кампания по укрупнению цехов. Доходило до нелепости: кто-то предложил создать бесцеховую структуру. Предлагать подобное могли только люди, никогда не работавшие на производстве. Пройдя последовательно все должности от инженера-конструктора до министра отрасли, я не знал более напряженной работы, чем работа начальником цеха. Бесцеховая структура не состоялась, но в мой сборочный цех включили на правах бюро монтажный цех, отвечающий за установку выпускаемых изделий на объекты.

С первой же поездки на «горящий» объект я навсегда стал уважать монтажников и их работу. Эти люди, как правило, длительное время работали в тяжелых условиях командировок, вдали от семей. Эти люди не умели болтать с трибуны, но самоотверженно делали свое дело.

Возвращаясь к работе в должности начальника цеха, я хотел бы отметить особые трудности в отношениях с военными представителями (в моем сборочном цехе работали представители сразу трех различных управлений Минобороны). Именно работа с ними подвигла меня позже, когда я был главным инженером, а затем директором завода, заняться разработкой и внедрением Саратовской системы бездефектного изготовления продукции. Когда вопрос о бездефектной системе рассматривался на Бюро ЦК ведущий заседание А.П. Кириленко, в прошлом сам работавший директором оборонного завода, не поверил, что военные представители могут принять продукцию без единого замечания. Мне пришлось сказать, что я знаю, где нахожусь, и отвечаю за свои слова. Первый секретарь Саратовского обкома КПСС А.Л. Шибаев подтвердил мои слова, после чего наш опыт был одобрен и распространен другие предприятия страны.

В начале 1957 г. я был назначен главным инженером завода, где в основном изготавливались гироскопические приборы для ракетно-космической техники, а 4 октября (через два дня после этого мне исполнилось 30 лет) произошло замечательное событие: был запущен первый спутник Земли. Время летит стремительно, в 2007 г. мы отметили 50-летие этого события, так взволновавшего умы и всколыхнувшего эмоции, без преувеличения сказать, всего человечества. К этому времени на нашем 205-м было налажено производство гироскопических приборов практически для всех баллистических ракет сухопутного и морского базирования, автопилотов для крылатых ракет разработки В.Н. Челомея, а также изготовление первых в СССР гиростабилизаторов для танковых пушек.

После того как мы освоили производство гироприборов для ракеты Р-12, ее разработчик М.К. Янгель и его заместитель В.М. Ковтуненко обратились к нам с просьбой разработать гироприборы для космического носителя на ее основе, имевшего вторую ступень. За всем этим была политическая подоплека: дело в том, что Н.С. Хрущев заявил, что КБ Янгеля и Днепропетровский завод должны выпускать боевые ракеты «как сосиски», а космосом пусть занимаются С.П. Королев и КБ В.Н. Челомея, в котором работал Хрущев-младший, Сергей. Многие ведущие специалисты, в том числе и главный конструктор гироприборов, выпускавшихся нашим заводом, В.И. Кузнецов, уклонились от предложений Янгеля, поскольку должны были сосредоточиться на новом носителе Р-16.

Мы же с удовольствием взялись за эту работу, несмотря на советы некоторых компетентных товарищей, которых всегда хватает, не распылять силы и усерднее сосредоточиться на основной работе. Главным конструктором новых гироприборов стал А.К. Ваницкий. В последующем он сменил меня на посту главного инженера, а затем и директора завода (после моего перевода на должность начальника 6-го Главка Министерства общего машиностроения СССР – МОМа). 16 марта 1962 г., именно в рамках этого проекта, был выведен на расчетную орбиту спутник ДС-1, открывший серию спутников «Космос». Двухступенчатая ракета-носитель также получила название «Космос» (этими носителями было запущено 143 космических объекта). По стечению обстоятельств именно в этот день к нам на завод им. Н.С. Хрущева приехал главный идеолог СССР, член Политбюро ЦК КПСС М.А. Суслов. Кто-то даже сказал, что этот запуск осуществлен в честь его визита к нам на завод. Михаил Андреевич, хотя и понял, что это подхалимаж, все же прослезился...

В начале 1981 г., когда А.П. Кириленко привел меня к Суслову представить как кандидата на должность министра станкостроения СССР, тот сказал: "А, это Вы, с того завода, который на Соколиной горе в Саратове делает спутники"...

Из воспоминаний Б.В. Бальмонта «От «Р-2» до «Бурана». Трудовая доблесть России.

 

Заместитель министра общего машиностроения СССР

1965-1973 – начальник управления,
1973-1976 – заместитель министра,
1976-1981 – первый заместитель министра.

...26 октября 1976 г. был запущен первый спутник серии "Экран". С его помощью впервые получили возможность смотреть центральное телевидение 20 миллионов жителей на Востоке страны. Однако последующие запуски этого спутника были неудачными из-за проблем с носителем «Протон». Через два года ресурс выведенного на геостационарную орбиту спутника закончился. Три запуска "Экрана" в 1978 г. оказались неудачными. Пошли многочисленные жалобы и грозные указания. О третьей неудаче пришлось докладывать на самом верху мне, так как в это время министр С.А. Афанасьев был в отпуске. Разговор был очень неприятный. Д.Ф. Устинов, бывший в то время министром обороны и членом Политбюро, сказал: "Прописать бы вам всем ижицу. Спасти вас может только последующий успех». Примерно то же мне сказал и секретарь ЦК КПСС Я.П. Рябов, как и Дмитрий Федорович, неоднократно выручавший нас в трудные минуты. Последующие запуски были успешными. Кроме покрытия системой телевещания практически всей территории Советского Союза, понадобилось обеспечить вывод спутника на геостационарную орбиту для ретрансляции проходивших в Москве Олимпийских игр 1980 г. на Кубу и весь «пылающий континент», как тогда именовали Латинскую Америку. Спутник «Горизонт» был выведен в точку стояния и начал вещание за три дня до начала Олимпиады-80. Нетрудно представить, что бы было при срыве разрекламированных международных соглашений о трансляции нашего телевидения в Америку.

В 1976 г. я был назначен председателем Межведомственного координационного совета (МВКС) по созданию Международной космической станции (МКС) "Энергия-Буран». В соответствии с положением о МВКС его решения имели силу правительственных. После моего перевода в 1981 г. на должность министра станкоинструментальной промышленности совет поочередно возглавляли С.А. Афанасьев, О.Д. Бакланов, В.Х. Догужиев и О.Н. Шишкин. В состав МВКС входили представители 15 союзных министерств, часто сами министры (И.С. Силаев, Э.К. Первышин, П.С. Плешаков, П.В. Финогенов, Б.В. Бакин). Научную часть помимо генерального конструктора академика В.П. Глушко представлял М.В. Келдыш и друг. видные академики. Военных представляли первые заместители Главкомов ракетных войск (М.В. Григорьев) и ВВС (А.Н. Ефимов).

15 ноября 1988 г. через 12 лет после выхода Постановления ЦК КПСС и СМ СС были блестяще осуществлены запуск и посадка в беспилотном режиме на космодроме Байконур многоразового корабля "Буран". Его создатели тогда и подумать не могли, что это его последние взлет и посадка. Судьба Советского Союза постигла и этот выдающийся проект.

Из воспоминаний Б.В. Бальмонта «От «Р-2» до «Бурана». Трудовая доблесть России.

 

Министр станкостроительной и инструментальной промышленности СССР

1981-1986 – министр СССР

Дипломат

1987-1992 – советник-посланник посольства СССР-РФ в Федеративной Республике Германии

На общественной работе